пятница, 27 августа 2010 г.

Шуя-2010. Часть 2, порожистая

В этой части идёт повествование о том, что происходило с нашей маленькой, но великой северной экспедицией в период с 1 по 4 августа, за который мы успели дойти от порога Медвежьего до порога Собачьего, и устроить одну днёвку. В повествование включены 27 фотографий общим весом метров под 5, а то кто-то жаловался, что картинок мало.

1 августа

Пороги. Плановые стоянки. Сергей Борисович опрометчиво слушает КГМШ. Месть рыболовам.
Утром проснувшись, позавтракали. Сначала температура была градусов 15-16 по Цельсию, но потом поднялась повыше, опять стало жарко.
Вышли около 9:30 и вскоре прошли порог Медвежий, на который ходили смотреть вчера вечером. Внешне суровый, на деле совсем не сложный и немного унылый.
После долгой гребли по плёсу прошли ещё один порог, Древний Мост. Это остатки когда-то существовавшего здесь моста. Две кучи камней на берегах и две кучи камней посреди реки. Водичка бежит быстро среди накиданных между куч отдельных камней. Порогом это назвать сложно.
Потом прошли порог Луки. Порог довольно весёлый и простой. Сергею Борисовичу понравился, а я, разнежившись на середине левого баллона, не успел даже сосредоточиться, как мы его прошли.
Справа по берегу от этого порога расположены плановые стоянки, штуки три или четыре. Они большие, при желании может может встать пять-шесть, а то и десять, групп туристов. «Плановые стоянки» — это подготовленные стоянки для плановых групп туристов — это когда люди платят деньги, а инструктор их тут везёт, повар готовит... только водку сами разливают. Их утром загружают в рафт, на плановых стоянках вечером выгружают. Но там было очень сильно нагажено.
Я там полежал на скамеечке, задремал, и упал с неё. Ушибся, но не больно. А Ереваныч зацепил блесну с берега, мы её потом спасали.
КГМШ предложил — а пойдём сразу до озера Шуясалме, где мы планируем переночевать, там перекусим и поужинаем? Всего-то восемь километров. И Сергей Борисович повёлся на это предложение. И мы поплыли.
Евгений Сергеевич поймал на блесну огромную страшную щуку. Я её вынимать из воды за жабры или за хвост отказался, и... и щука сорвалась! Маленькое удовольствие от того, что рыболовы с этими своими вечными рыболовными зацепляющимися блёснами и прочими проволочками обломились. Причём, надо отметить, щука сорвалась вместе с блесной.
Спустя около полутора часов гребли все молчали и никто уже не вспоминал ни о рыбной ловле, ни о чём, кроме как найти стоянку и поесть, но берега были совсем непригодные для стоянки.
Мы дошли практически до озера Шуясалме, и остановились на плановой стоянке на правом берегу. Она представляет собой большую ровную утоптанную площадку на высоком берегу, высаживаться на который сплошное мучение. Лес вокруг прозрачный, почти без подлеска. Координаты (по данным Коли): N 62.0671° E 32.6760°.
После обеда я лёг полежать и уснул на несколько часов. За это время нас догнала и встала на соседней стоянке та группа, мимо которой мы проплывали на Медвежьем пороге. Предположительно, к этой группе принадлежат увиденные вчера наяды, хотя мы утром видели только довольно полную даму, которая мыла посуду в Шуе. Она сказала, что они нас обгонят; но пока вот не обогнали, а с трудом догнали. Вся их группа — человек семь-восемь — перемещается на одном здоровенном рафте с надписью «лукоморье» на борту.







2 августа

Миша и избушка его хозяина. Пороги. Хаутаваарские мосты. Стоянка типа театр. Горе плановых туристов.
Утром проснулся от противной команды «подъём!», прозвучавшей в 6:30 утра. Погода была прохладная, один раз даже проморосил небольшой дождичек. Но потом потеплело, облачность рассосалась и снова стало жарко и печь солнце.



После завтрака погрузили вещи на катамаран и поплыли, отплыли где-то в 9:10. за несколько минут до этого мы с Игорем Александровичем наблюдали на поверхности воды формирование воздушного смерча, но маленького.
Поплыли. Обплыли мыс (вошли в озеро Шуясалме и сразу из него вышли). Шуя имеет здесь ширину метров 60-70 и совершенно не течёт. В отсутствие ветра вода гладкая, как зеркало.
С берега нам помахал рукой мужик и предложил пристать. Он был уже знаком всем, кроме меня, так как вчера к нам приходил в лагерь знакомиться, когда я спал. Звать его Миша, он тут с бригадой строителей строит дом. Хозяин этого дома планирует тут принимать группы плановых туристов и охотников. Миша пригласил нас осмотреть недостроенный дом.
— Здесь будет туалет, тут душ и маленькая сауна. Вот комнаты, здесь, здесь и наверху, но лестницы ещё нет, её потом сделаем здесь. Вы приезжайте, поохотитесь, хоть круглый год. Я буду зимой возить сюда народ на «Буране» с базы. На медведя можно поохотиться, на что угодно. Кабаны есть, я специально их тут прикармливал, возил им всякие эту... блять, тухлятину, вес лес зимой вонял.
Мы поболтали и уплыли. Прошли два порога. Я сидел снова на носу левого баллона и, кажется, работал безукоризненно. Пороги простые, но, к сожалению, довольно мелководные. В одном из них мы сели на камень и долго с него сковыривались, пришлось даже вылезать с катамарана, упираться в камень, и спихивать катамаран с него. Между порогами на правом берегу отличная стоянка, там мы увидели старика, который проходит Шую с внуком. С этим стариком вчера тоже ухитрился поговорить Сергей Борисович, когда мы подходили к той плановой стоянке, на которой ночевали. Это ну не совсем старик, просто пожилой человек, а его походному опыту может позавидовать даже сам Сергей Борисович. Сейчас этот мужик с внуком (внуку лет 13-14) плавают на двух байдарках, путешествуют.



После второго порога погребли немного и приблизились к так называемым Хаутаваарским мостам. Это два моста — автомобильный и железнодорожный. Когда-то здесь была приграничная территория, и у туристов могли проверить документы пограничники. Сейчас никаких намёков на приграничную зону нет и в помине, хотя сама зона никуда не делась. Мы высматривали упомянутую в отчёте десятилетней давности сторожевую вышку пограничников, но её так и не увидели.
Перед первым хаутаваарским мостом стояла группа туристов человек в 30-40. по ним не было понятно, только что они приехали и собираются, или только что приплыли и разбираются.
Хаутаваарских мостов два — автомобильный и железнодорожный. Они называются хаутаваарскими потому, что километрах в двух на восток расположен населённый пункт Хаутаваара, и от него в паре километров на юг одноимённая железнодорожная станция.
Дальше по течению есть ещё два моста, но они древние и разрушенные, о них напоминают только остатки быков посреди реки — торчащие брёвна, поросшие травой насыпи. Между этими древними разрушенными мостами метров 500, и на правом берегу есть неплохая стоянка. К ней, правда, подходит автомобильная колея, но ездят тут, похоже, не часто. На ней мы остановились на перекус. Площадка поросла мягкой травкой и сильно напоминает родное Подмосковье. Берёзки опять же, цветочки, кузнечики стрекочут.
После перекуса немного отдохнули и пустились дальше в путь. Сергей Борисович полистал лоцию, поизучал карту, и сказал, что нам сразу далеко плыть не надо и что можно остановиться на первой подходящей стоянке на ночлег, потому что может оказаться так, что до ближайшей стоянки после следующих порогов, которые мы бы могли пройти сегодня, нам придётся пилить до позднего вечера.
Первая подходящая стоянка обнаружилась метров через пятьсот, и мы на неё высадились. Стоянка представляет собой узкий длинный мыс как раз на повороте реки, отделённый от основной суши широкой грязной канавой. Вид на реку чуть ли не до хаутаваарских мостов. Коля сразу застолбил для своей палатки самое удачное место, и мне пришлось ставить свою вообще в жопе. Координаты (по колиным данным): N 61.9998° E 32.5817°.
Мимо нас вниз по Шуе проплыли четыре здоровенных рафта, груженых плановыми туристами. Один был даже с мотором. При этом столь ожидаемой нами лодки с надписью «Лукоморье» на борту мы ещё не видели; по-моему, все эти четыре группы были привезены и высажены возле хаутаваарских мостов, оттуда и поплыли.
Я лёг немного подремать на расстеленный тент от палатки. Пока я спал, Ереваныч пошёл ловить рыбу и закинул блесну на сосну.
Примерно в 16:10 мимо нас проплыли старые знакомые на «лукоморье». Слова приветствия они нам не кричали, а до нас доносились слова: «это те самые, которые наше место заняли? Да, это те самые».
Потом к нам приблизились две лодки, в которых было 5 взрослых и 5 детей. У них сломался лодочный мотор, и они причалили к берегу недалеко от нас, чтоб мотор починить. Тишина предвечерней Шуи наполнилась детскими голосами.
Эти ребята, как выяснилось из разговоров, из фирмы «Экстрим-тур». Они повозились-повозились с мотором, но ничего так и не смогли сделать, позвонили куда-то начальству, и пошли дальше на вёслах. Если бы я не сказал им:
— Ребята, а не хотите мусор свой с собой забрать? — то банку из-под пива и рваный шлёпанец свой они так бы и оставили внизу на пляже перед нашим лагерем. Так они оставили только немного бензиновой вони.
После ужина я сходил искупался и после купания ходил по лагерю как представитель садомазохистов — в трусах и берцах. Около 21:00 отправился спать.

3 августа

Плановое турьё. Порог Сизов. Коля хулиганит. Порог Собачий.
Проснулись рано, как и последние несколько дней, я не выспался. Ночью было холодно, я даже надел среди ночи термобельё и завернулся в спальник, как в кокон.



В среде нашего экипажа начали появляться экстремистские проэкологические настроения. Там, где у живых сосен турьё срубает щепки на розжиг костров, появились ругательные надписи углём. Причём даже на такой маленькой стояночке, как эта, таких изуродованных деревьев два. А что было на плановых стоянках большой площади, вроде той, на которой мы ночевали с 1 на 2 августа, вообще передать страшно.



Сергей Борисович ходит с утра и ворчит:
— Есть мнение, что вот эти плановые туристы на рафтах рано или поздно изживут таких вот самодеятельных туристов, как мы. Насколько ведь приятнее сидеть и грести, когда позади тебя правит рафтом опытный инструктор. А начальство этого опытного инструктора позаботится о том, чтоб самодеятельные группы без разрешения на реку не совались, стоянки не занимали.
А ведь и правда, они же могут. Надавить, подплатить, и всё: ГИМС стоит на страже рек. Правда, у самих-то суда незарегистрированные ещё, да и сами от ГИМС бегают, поди, так что до этого ещё далеко.
Вышли в 9:20 утра. Целый час, а то и больше, гребли по плёсам, любуясь совершенно однообразнейшей природой берегов Шуи. И потом приплыли к порогу Сизов. Порог короткий и яростный, состоит из одного мощного слива, пары бочек, ну и набросанных ниже камней. Так как считается, что это один из самых опасных порогов Шуи, мы вылезли на правый берег его посмотреть.
Правый берег Шуи у порога Сизов изгажен и засран весь. Только что ушедшая плановая (а какая же ещё, других не видели) группа туристов оставила после себя незатушенный костёр. КГМШ нашёл в лесу половник. Под порогом на разных берегах стоят две или три плановые группы из тех, что мы видели, остальные, похоже, ушли дальше.
Порог прошли на катамаране безукоризненно. А на байдарке пошли Коля и Сергей Борисович (Игорь Александрович, который у Коли матросом, снимал их с берега на камеру), и они сели посреди порога на камень. Пока Сергей Борисович, упираясь веслом, пытался байдарку с камня снять, Коля нарушил все возможные правила техники безопасности. Он вылез из байдарки (без шлема и спасжилета), выкинул весло на берег, приподнял байдарку на руках, стоя в воде ниже её по течению, и спихнул в поток. В этот момент я, наблюдая с катамарана, причаленного среди камушков ниже по течению под порогом, сказал:
— Готовь спасконец, Юрий Иванович, — от волнения обратившись к Ереванычу на «ты», но, к счастью, всё обошлось.









После порога Сизова мы принялись искать место для стоянки — сразу для перекуса и ночлега. Наша цель — пропустить вперёд все эти плановые группы, чтоб они не путались под ногами. Перед ними идти смысла нет, так как у них жёсткое расписание, и мы рискуем прийти в Петрозаводск за несколько дней до поезда, если будем спешить и стараться эти группы опережать.
Нормальных стоянок по берегам не было. Вставать по соседству с плановым турьём желания не было никакого. Чуть поодаль мы нашли пару стоянок, похоже, местных рыбаков; но это совершенно неудобные стоянки.
Так, в поисках места, мы дошли до необычайно красивого порога «Собачий».Собачий (ещё называют «Островным») порог совсем простой, хоть и мощный. Слив «чистый» — свободен от торчащих валунов. Прошли его, повернули и встали на живописном острове слева (если смотреть сверху по течению реки) над порогом. Красоты здесь неописуемые, и хорошо оборудованная (видимо, плановая) стоянка. Координаты (по колиным данным): N 61,9413° E 32,5641°.







4 августа

Днёвка. Палубный катамаран. Катание на Собачьем. Оверкиль. Туристы проходят Собачий.
Сегодня днёвка. Поэтому спали долго, часов до восьми, а то и до половины девятого. Ночью, пока мы спали, перед порогом Собачьим встала группа туристов, которую плановой точно назвать нельзя. Плыли они на катамаране под названием «Арнольд Шварцнейгер»; катамаран имел сплошную фанерную палубу и два больших фанерных ящика посередине. Экипаж сидел на палубе на складных стульчиках. Сергей Борисович сказал, что такой конструкции катамарана никогда не видел.
От себя могу сказать, что в подобной конструкции катамарана я нашёл несколько недостатков. Во-первых, у них на носах баллонов были привязаны рюкзаки и никто не сидел. Четыре человека сидели так: двое на корме, двое на серединах баллонов. По-моему, для совершения резких манёвров в пороге носовые гребцы необходимы. Опять же, «Арнольд Шварцнейгер» шёл с сильным дифферентом на корму. Во-вторых, со стульчиков далеко тянуться до воды, да и сверзиться с палубы вместе со стульчиком очень просто. И, в-третьих, их четвёртый член экипажа зачем-то не грёб совсем, а своё весло засунул на катамаран сзади в уключину и только рулил.
Погода замечательная. 27,5° C, 41% влажности, атмосферное давление 754 мм.рт.ст.





Около полудня из-за поворота Шуи показалось судно «лукоморье». Если бы не их замечание про нас «а, это те, которые наше место заняли», услышанное мной вчера, я бы радовался им, как старым друзьям. Сейчас же я расположился на камне над порогом и, прихлёбывая чай и закинув ножку на ножку, принялся смотреть, как они пойдут в порог.
До этого, кстати, Коля один раз прокатил по порогу КГМШ и меня два раза в своей байдарке. Порог быстрый, мощный и короткий. Оба раза меня как-то не особо впечатлили, я даже не рулил, а просто грёб вперёд (Коля сказал, что так и надо было делать). Поэтому за «лукоморьем» я наблюдал в шляпе, кедах и мокрых трусах. И с чашечкой чая.



Здоровенный рафт, как танк, прошёл по порогу. Если бы инструктор не закричал: «гребём! Гребём!», то, может быть, слегка зацепил бы левый берег, а так прошёл быстро и чисто. Никакие валы и бочки не страшны. Некоторое время после «лукоморье» болталось напротив нашей стоянки под порогом. Похоже, что они выбирали место, где встать, а мы «опять их место заняли». Стоянка неподалёку от нашей их, видимо, не впечатлила, и они попытались подняться по порогу вверх, но, разумеется, рафт не пролез между основной струёй и прибрежными валунами, его развернуло и сбросило вниз. Они ещё немного побултыхались напротив нашей стоянки, и поплыли дальше. Теперь можно стало и переодеть мокрые трусы на сухие, а кто хотел — искупаться голышом.
Когда лукоморщики упилили, Сергей Борисович изволил поразвлечься. Он сел один в колину байдарку и принялся подниматься по спокойной воде между правым берегом порога и струёй, затем резко встреливать в струю, зависать в бочке, и сваливаться обратно вниз. За два раза он набрал полную байдарку воды и вылез на берег.
Его подвиги решил повторить Коля самолично. Поднялся по спокойной воде, сунул нос байдарки в струю, и тут же совершил поворот оверкиль. Струя снесла его вниз и отнесла от берега. Я побежал надувать полуспущенный катамаран. КГМШ скорее стал всё снимать на видеокамеру, Евгений Сергеевич опять сказал слово «хуй» (времени было около половины первого), а остальные сняли кто часы, а кто трусы, и полезли в воду. Пока я накачивал катамаран, Колю, живого и невредимого, вместе с байдаркой оттащили на берег. Спасательная операция завершилась в 12:35, и я катамаран обратно сдул.







После обеда я снова лёг поспать, и спал час или два. Около четырёх часов дня к порогу подошла ещё она группа. Это точно были неплановые — три молодых парня и старенький дедушка в сапогах. Вежливые, приветливые, они почему-то высадились на нашем острове (на острове, где наш лагерь) и осматривали порог с него. Видимо, шли чётко по лоции какой-нибудь, в которой сказано: «осмотр с левого берега». Что-то мне в их внешности и манерах недопонравилось. Что-то насторожило, как будто они церковные какие-то, сектанты, распространители авона или орифлейма. Не то что-то. Прошли порог они обоими своими байдарками гладко, и остановились на стоянку на левом берегу, чуть ниже по течению.
19:29 Связался с Большой Землёй. У них, вроде бы, всё хорошо, у нас, вроде бы, тоже. Надо отметить, что повсеместно по Южной Карелии прекрасно ловит МТС, даже в таких глухих местах, как наш остров над Собачьим порогом, ловит на 1-2 палки, правда, не очень стабильно. А вот хвалёный Мегафон ловит очень плохо и редко где. Ну, по крайней мере, хуже, чем МТС. Я теперь мегафоновскую сим-карту в телефон не вставляю, так что уровень сигнала здесь неизвестен.







Напротив нашего острова, отделённый от него каменистой грядой, по которой можно перейти, не замочив ног, поскольку вода низкая, есть полуостров (или, может, мыс) Сральный. Он весь доверху завален клочками туалетной бумаги и соответствующими продуктами человеческой жизнедеятельности. Ходить по нему можно только очень аккуратно, внимательно глядя под ноги. Внёс и я свою лепту.
Экипаж изволит купаться неглиже. А у Ереваныча плавки особого покроя, с очень сильно заниженной талией. Спереди ещё ничего так, а вот сзади уже Ереванычу скрывать нечего.
Мы строим догадки по поводу того, куда подевались те туристы, которые дед с внуком. Мимо нас они ещё не проходили, а видели мы их выше хаутаваарских мостов, возможно, они там поймали машину и уехали. Было бы неприятно, если бы с ними что-то случилось.







2 комментария:

Ублюдочный Гугл поломал форму комментариев. Извините.