суббота, 4 сентября 2010 г.

Шуя-2010. Часть 4, заключительная

Завершающая часть, повествующая о наших приключениях в Карелии этим летом. И про Петрозаводск тоже.

9 августа

Днёвка. Фотографии окружающей местности. Иушуа Га-Ноцри. Чужой отчёт. Ещё одна змея.
В силу особенностей планирования маршрута сегодня выдался день совсем-ничего-не-делания, вроде днёвки. По плану у нас десятого числа заход в Вагатозеро по Шуе, антистапель. Одиннадцатого числа утром (в 11 часов) нас должны забрать оттуда те ребята, которые нас привезли на Салонъярви (Саша и Дима). Что мы будем делать весь деньв Петрозаводске, я не знаю, наверное, у Сергея Борисовича есть какие-то планы по поводу одиннадцатого числа и культурных мероприятий в Петрозаводске. Стоянки на Вагатозере очень сильно загажены, наверное. Ну вот мы сегодня и сидим весь день на берегу Шотозера, днюем.
Я проснулся в 7:20 утра, оделся, вылез из палатки, позавтракал, пошёл опять в палатку спать. Вылез, пописал, сел писать в книжечку. Время 10:22, температура 25,4° C, атмосферное давление 756 мм.рт.ст., влажность 76%. По прогнозу, разумеется, дождь. Над озером всё такое же марево. Потихоньку делается теплее. 10:38, температура 25,9° C.
Походил по берегу, пофотографировал.









Время 11:57, температура 27,6° C, влажность 69%, давление 757 мм.рт.ст. Прогноз изменился — теперь переменная облачность. А если принц датский — барометр КШМШ — обещает переменную облачность, то точно пойдёт дождь.
Народ развлекается. Коля с Сергеем Борисовичем закатили в воду здоровенный деревянный чурбак и установили его на дне так, что его верхняя плоскость совпадала с границей раздела вода-воздух (с поверхностью воды то есть), и все, по очереди становясь на этот чурбак, изображали стоящего на воде Иешуа Га-Ноцри. Меня тоже заставили, и я, соорудив набедренную повязку из футболки и распустив волосы, некоторое время тоже стоял на этом чурбаке на радость снимающим на видеокамеры Игорю Александровичу и КГМШ. Правда, что получилось в итоге, они дать посмотреть отказались.
15:30 Данные метеорологических наблюдений: температура 30,6° C, давление 758 мм.рт.ст, влажность 59%. Жарко и душно, что-либо делать необычайно лениво, а это безделие ужасно утомляет.









После обеда я поспал, потом проснулся, пописал, попил чай. Сергей Борисович дал мне почитать отчёт о походе по Шуе, который он нашёл где-то в интернете и распечатал, то ли для устрашения, то ли для увеселения экипажа. Отчёт этот написан девушкой (или женщиной) по имени Валерия и повествует он о том, как она в компании ребят прошла Шую от озера Суоярви до деревни Соддер с 12 по 14 июня 2009 года на байдарках. Воды у них было не в пример больше, чем у нас. Например, порог Собачий (он же Островной) они прошли по правой протоке. Когда мы проходили этот порог и стояли днёвкой на острове над ним, правой протоки как таковой не было вообще, что-то там едва-едва сочилось. И порог Рыжик, он же Суойоккийский каскад порогов, мы там корячились, протаскивались по камням. А они прошли спокойно. Если бы они шли на байдарках в такую же воду, как и мы, то попереломали бы там все байдарки и пропороли бы все днища; уклеились бы потом. Ну оно и понятно — уже почти два месяца стоит жарища, очень мало дождей, поэтому воды сейчас в Шуе мало. А ниже ГЭС, которая перекрыла воду, когда мы её обносили, это вообще. Там, где мы обносили основной слив Кейнакоски, боясь переломать в сливах катамаран, эти ребята сами могли пройти на байдарках над камнями (один из них проскочил вдоль правого берега, как раз там, как я понял, где мы несли катамаран). Кроме воды, как я понял, у той девушки девушки было и гораздо больше впечатлений. Ещё бы, она описывает то, как её от переизбытка эмоций даже пробило на слёзы после порога Кейнакоски. Тут я окончательно решил, что если и покупать плавсредство, то точно не байдарку, а катамаран.





16:00 Я ещё немного повалялся на камне, и проснулся от шума. Возле сапог КГМШ ползла змея, небольшая. Сантиметров 20 длиной, толщиной чуть меньше моего мизинца. Сергей Борисович сказал, что она похожа на медянку, которая неядовита, и голова у неё формой как у неядовитых змей, и принялся тыкать и подкидывать её палочкой. Я едва успел сбегать за фотоаппаратом и сделать несколько фотографий, прежде, чем она уползла в лес.







Сергей Борисович вырыл на берегу озера канаву, чтоб в этой канаве поймать рыбу.
Лена с детьми в деревне, и у них опять очень плохая связь. У меня тут связь и то лучше, чем у них.

10 августа

Отплытие в дождь. Салменица. Стоянка и докучливые посетители. Скандал из-за палаток. Антистапель. Стишки.



По непонятной для себя причине я встал самостоятельно в жуткую ранищу, в 6:20. многие, надо сказать, тоже встали рано, видимо, сказалось большое количество выпитого вчера вечером чая. В 7:00 завтрак был уже готов, и мы ели кашу и пили чай, прислушиваясь к приближающимся раскатам грома. Как только Коля свернул и сложил палатку, пошёл дождь и началась гроза. Сергей Борисович и Евгений Сергеевич первые спрятались в свою палатку, потом КГМШ залез в нашу, а я, Коля, Ереваныч и Игорь Александрович остались в дождевиках на берегу. Я — просто так, заодно с ними, надеясь, что дождь закончится быстро.
Коля в дождевике похож на доброго гномика, Ереваныч в дождевике — на злого колдуна, а Игорь Александрович — на матрёну. Минут десять я посидел с ними под дождём, потом залез в палатку и лёг рядом с КГМШ. Спустя некоторое время приполз к нам и попросился укрыться от дождя и Игорь Александрович. Я укрылся спальником и задремал, но около десяти часов утра нас разбудил Сергей Борисович, объявив, что минут через 10-20 мы выходим, несмотря на дождь.
Впервые я сначала собирал палатку, а потом тент. Когда все мокрые вещи мы наконец-то привязали к мокрому катамарану и сели на него, дождь прекратился и мы поплыли в сторону поселения Салменица, которое расположено в том месте, где из Шотозера вытекает Шуя и течёт дальше в Вагатозеро. Кажется, «салма» означает «протока» или «пролив» по-фински.
Салменица — очень красивое место. На правом берегу Шуи множество мелких домиков раскинулись у подножия горы с каким-то труднопроизносимым названием. На левом берегу — отдельные домики типа хуторов или дач. На берегах полным-полно моторных лодок. Погода постепенно улучшается, сквозь тучи проглядывает, но не печёт, солнце.
По Шуе мы прошли ещё несколько километров в сторону Вагатозера. По берегам множество красивых стоянок, парочка была занята плановыми туристами.
Мы остановились немного выше по течению автомобильного моста через Шую. И сразу же к нашей, уже занятой стоянке, на которой полным ходом шёл антистапель катамарана, причалили какие-то назойливые байдарочники. Одна дама среди низ обладает необычайно нежным и приятным голосом, но какая — не разобрал. Я принципиально их игнорировал — что, они не могли причалить на левом берегу и осматривать порог за мостом слева? Обязательно надо было подойти к нашей стоянке, вылезти тут, обойти её вокруг, подойти поговорить, помочиться в кустах. Но зато они плавают по всем правилам — в касках и спасательных жилетах, и даже по берегу ходят так же, молодцы! Вроде тучки рассеиваются, выглядывает и начинает припекать солнце, пожалуй, я повешу сушиться и палатку тоже.





Байдарочники ушли, и мы сели обедать. Пообедали, выпили, и немного полушутливо поскандалили из-за того, кто где на этой помоечной стоянке будет ставить палатки. Коля он ведь такой жучила, что сразу бежит, находит лучшее место, и кидает туда свои вещи или хотя бы весло. Сейчас он захотел поставить палатку под большой тент, но без собственно палаточного тента. А тут ррраз! — и Сергей Борисович взял и поставил быстренько свою маленькую палаточку как раз на то место, куда хотел поставить свою палатку Коля. Коля начал возмущаться и тут Сергей Борисович взорвался. Всем досталось — и Игорю Александровичу, и Ереванычу, и легендарному завхозу. Только мы с КГМШ остались в стороне незатронутые этой бурей, поскольку свою палатку поставили в стороне, на тропинке и выходом на помойку.





После обеда потихоньку идёт антистапель колиного «рафтмастера» и катамарана «Орлица». А я, по большей части, валяюсь в тенёчке, поскольку на солнце находиться совершенно не могу, слишком сильно оно после утреннего дождя печёт.
Мимо прошло по реке несколько туристических групп. Большинство приветствовали нас с воды и спрашивали, в какую протоку под мостом идти (мы отвечали: «в правую»), но попадалось и унылое (в основном, плановое) говно, которое высокомерно пилило мимо на своих рафтах.
Эта стоянка мне совершенно не нравится. Мимо, прямо между палаток, проходят местные жители с удочками, в тридцати метрах автомобильный мост, с дороги сюда имеется хорошо накатанная колея; здесь же — помойка, мусор, банки, битые стёкла, пластиковые бутылки и полиэтиленовые пакеты. Хорошо, что мы не собираемся долго тут стоять — завтра утром нас уже должны отсюда забрать. До прибытия в Зеленоград осталось менее двух суток.
18:15 Сергей Борисович позвонил с моего мегафоновского номера Саше и уточнил, где мы будем его ждать завтра. Возле моста через Шую возле деревни Нижняя Салма в 11 километрах от Эссойлы в 11 часов утра.
Ереваныч решил заранее сложить рюкзак и потому лечь спать без коврика, сразу в одежде, что ли. Сергей Борисович его убедил, что завтра с утра времени будет достаточно, чтоб успеть собрать рюкзак, и что спать без коврика опасно для здоровья.
19:45 Я спалил в костре свою оранжевую футболку «Экспедиция» (с надписью «раненых не бросаем, пленных не берём» на спине) и грязную пару белых носков. Точнее, раньше они были белыми, а теперь они были чёрно-серые.
Сейчас я попробую вспомнить и записать все стишки, которые сочинил за прошедший поход.
От сессии до пенсии
Живут доценты весело.

Хорошо дежурным быть:
Можно брёвнышки пилить,
Можно резать колбасу,
Костерочек жечь в лесу.

Как-то раз мадам Кюри
Приготовила пюри.
Пюре тикало, светилось
И в тарелке шевелилось.

Кто в армии служил,
Тому не суждено
Святое счастье смеха
В цирке ощущать,
От мелодрам не плачет,
И анекдоты только
Тупые да похабные
Умеет понимать.

Ереваныч — капитан!
Направлять катамаран
Не зажмурившись, он мог
В самый яростный порог.
Что-то ещё было, но уже не помню. Эх, говорил мне Сергей Борисович, когда я выдавал рифмы экспромтом: «записывай!», а я не записывал. Ну и ладно.

11 августа

Утро. Петрозаводск. Набережная. Скульптуры. Алла. Столовая. Шунгит. Поезд. КГМШ пристаёт к проводнице.
Ночью спал плохо. Было сыро и холодно. Проснулся, когда уже голоса членов экспедиции звучали довольно громко. Полежал немного, потом оделся. Впервые за весь поход надел сапоги. А то получается, что зря вёз. И свитер тоже надел, второй раз за поход. Умылся, посмотрел на датский барометр КГМШ: 6:57. Блин, чего все опять в такую ранищу встали. Кругом роса и сыро. Тент палатки мокрый с обеих сторон. Пока мы с КГМШ его снимали, намочили саму палатку. Теперь всё висит на верёвочках и сохнет.
Коля дал мне до вечера свой ремешок от фотоаппарата, потому что у его фотоаппарата сел аккумулятор, а я хочу поснимать Петрозаводск.
Сейчас 8:10. Температура 15,8° C, влажность 98% (на барометр выпала роса), давление 757 мм.рт.ст. Выглянуло солнышко, надеюсь, оно быстро просушит тент и палатку. Потому что палатку у меня основной рюкзакообразующий элемент.
Итак, в половине одиннадцатого утра мы вышли постоять на мост, и тут приехал Дима. Мы стали грузить рюкзаки, и подъехал Саша. Мы погрузились и поехали в Петрозаводск. Я неплохо вздремнул в машине у Димы на заднем сиденье под Pink Floyd, который у него играл. Проснулся уже в Петрозаводске. На вокзале отдали рюкзаки в камеру хранения и пошли гулять по Петрозаводску. Я сначала глазел, в основном, на девиц в обтягивающих маечках и коротких шортиках, и даже пытался фотографировать их «от бедра», не прицеливаясь. Разумеется, не получилось ничего хорошего. Сплошной постмодерьмизм — фокус не туда, пересвет-недосвет, горизонт под углом 20°. Иногда я фотографировал вывески и архитектуру. Эти снимки получились получше.







От вокзала по проспекту Ленина мы спустились до набережной Онежского озера и походили по ней. Я всё это время был озадачен вопросом где поссать, поэтому все красивые виды и всяческие необычные скульптуры на набережной меня не особо волновали. Но вот скульптуру «рыбаки» я бы выделил особо. Старые наши мудрецы сгрудились вокруг продавщицы всяческих сувениров на набережной. Сергей Борисович (а может, и не он) с ней познакомился и выяснил, что её зовут Алла. Эта Алла отличалась необычной говорливостью и тем, что у неё постоянно сползали штаны, обнажая верх от трусов (прямо как у Ереваныча). Старые мудрецы были очарованы какой-то из этих черт Аллы, и скупили у неё магнитики на холодильник, свистульки-фигульки, деревянные колокольчики и прочую пижню. Потом мы ещё погуляли по набережной, и я не выдержал и сбегал поссать в более заросшую кустами часть парка.











Затем мы стали подниматься вверх от набережной Онежского озера по улице, параллельной улице Ленина. То ли улица Свердлова, то ли нет. Там мы увидели столовую «Гермес» в здании отделения министерства охраны природы, какого-то там рыбно-лесного хозяйства и экологии по Карелии. И поели в этой столовой. Столовая как столовая, ничего особенного. Ну как наша столовая на заводе «Протон», чуть подешевле, может, и повкуснее. Мне первое, второе, салат и компот обошлись в полторы сотни всего. Коля дешёвым общепитом, оставшихся с советских времён, питаться не мог, и пошёл самостоятельно обедать бизнес-ланчем в расположенное неподалёку кафе.



После перекуса у всех, кроме меня и Коли, появился аппетит на покупки всякой ненужной фигни и началось покупание магнитиков-фигулек в усиленных объёмах. По дороге обратно на вокзал мы зашли на выставку то ли народных искусств, то ли в музей шунгита. Шунгит — это такой минерал, содержащий огромное количество углеродных фуллеренов, в том числе и многослойных. Большинство минералов, называемых шунгитами, очень тёмно-серого или вовсе чёрного цвета, очень твёрдые. Используются, в основном, для изготовления всяких поделок и впаривания их туристам и прочим людям с интеллектом, как у бабулек, поскольку шунгиту этому приписываются целебные свойства. В этом музейчике мы посмотрели получасовой фильм, в котором профессор, доктор наук (!!!) рассказывал о том, что фуллерены могут структурировать воду так, что она будет по структуре той воде, которая существует в человеческом организме, поэтому такая вода целебная. Достаточно пару часов подержать шунгит в воде. Кроме того, он рассказывал про то, что пирамидки из шунгита способны концентрировать «высокочастотную негативную энергию», поэтому надо держать на нём руки, ставить пирамидки на стол от сглаза и прочий антинаучный бред. Особенно меня сразил опыт, демонстрирующий необычайные свойства шунгита. Мобильный телефон клали в шкатулку из шунгита, накрывали фольгой, и закрывали шкатулку крышкой из опять же шунгита. Через некоторое время его вынимают из шкатулки, убирают фольгу и восторженно кричат: «ааа! Вот смотрите! Пока телефон был в шкатулке, связи осталась всгео одна палка!». Шарлатаны, тьфу. Потом показали другого профессора, доктора геологических наук, который вкратце пробежался по всем этим чудесным свойствам и их попытался разоблачить.
Сбоку от телевизора, по которому этот фильм мы смотрели, стояли две банки с надписями «верю» и «не верю», и сбоку вопрос: «верите ли вы в чудесные свойства шунгита?». В баночках было примерно поровну камушков, которые можно было брать из поставленного между банками аквариума. Но в банке «верю» было чуть больше. КГМШ подсыпал горстку камушков в банку «не верю» и пошёл покупать шунгитовые пирамидки и прочие висюльки-фигульки. Тётушка, которая их продавала, на вопрос, знает ли она Аллу с набережной, сказала, что Алла — прохиндейка, всем говорит, что это она фигурки делает, а на самом деле она их только перепродаёт. Тётушка эта понравилась мне ещё меньше Аллы.
После музея народных шунгитов мы поместили несколько супермаркетов и накупили огромную кучу бухла и еды. На улицах по приближению вечера возросло количество симпатичных девушек.


Эту фотографию я сделал в ужасных условиях освещения магазинчика, где все скупали шунгитовые поделки. Ради того, чтоб можно было насладиться текстом, прилагающимся к шунгитовому цилиндрику толщиной около 3 мм и диаметром окло сантиметра, я безумно задрал контрастность. Этот снимок тут не ради любования красотами Петрозаводска.





Вернулись на вокзал, забрали вещи из камеры хранения. Меня смутил один момент: дежурный кладовщик на вопрос одного туриста о цене хранения «а 118 рублей за одно место за один час?» сказала: «да». А мы заплатили по 118 рублей за каждое из девяти мест (7 рюкзаков, связанная рама в чехле, и ещё что-то, вроде, сумка) за часов пять. Ну ничего, забрали рюкзаки и прочее, посидели немного на вокзале в Петрозаводске. Некоторое пошли походить по магазинам, я сидел писал в дневнике. В 18:20 объявили посадку; мы выдвинулись и сели в шестой вагон поезда Петрозаводск-Москва. У нас семь мест — четыре места в одном купе плацкарта занимает наша великолепная четвёрка (Сергей Борисович, Евгений Сергеевич, Игорь Александрович и КГМШ), и три — мы: я, Коля и Ереваныч. Четвертым у нас какой-то хач. Поразительно аккуратный, вежливый и педантичный. Мне стало стыдно, что я вот напился красного полусладкого, припёрся и залез на свою верхнюю полку прямо в одежде и вонючих носках, а он — сходил в туалет переоделся, аккуратно сложил брюки и рубашку, постелил себе и лёг спать без лишнего шума и суеты.
Мы выпили четыре литра вина и я потом удрал из купе великолепной четвёрки в своё купе, а то меня пытались заставить всё доесть.
Мы остановились на какой-то станции, где стоянка была 33 минуты. Возможно, это была Свирь. КГМШ пропал. Я по заданию Сергея Борисовича пошёл его искать и обнаружил на перроне. КГМШ купил стаканчик черники за 40 рублей у перронных торгашей, отдал его мне, и принялся клеиться к проводницам:
— А почему у вас кокарда на пилотке есть, а у вас — нет? А вот вы знаете, в прошлый раз мы ехали сюда этим же поездом, в этом же вагоне, а сейчас проводница у нас моложе и красивее.
А потом он сказал, что недавно стал прадедушкой, и проводница наша, Ирина Анатольевна, принялась рассказывать про то, что у неё есть знакомый, у которого пять правнуков и который женился во второй раз.

12 августа

Ночь в поезде. Утро. Конец.
Вчера ночью проснулся от безумной духоты на станции Волховстрой-1. Вышел в тамбур, где стояла с фонариком проводница и миловидная соседка с верхней боковой полки. Завязать разговор с проводницей не удалось. Она была симпатичная, нарочито вежливая и совершенно неприветливая. Я постоял там в прохладе несколько минут. Поезд тронулся, и я пошёл спать дальше.
Перед прибытием поезда на Ленинградский вокзал в Москве спорил с Ереванычем о гомеопатии. Он с пеной у рта доказывал, что гомеопатия действительно работает.
— Почему одна молекула действующего вещества структурирует воду так, что полезная, а стенки сосуда, в котором находится эта вода, на эту структуру не влияют? — спрашивал я. А Ереваныч в качестве контраргумента приводил в пример свою знакомую, которая много лет занимается гомеопатией (врача-гомеопата), которая переубедила его то ли тестя, то ли зятя, и тот, пообщавшись с ней, уверовал в гомеопатию.
Сейчас времени 9:40. Мы едем в электричке с Ленинградского вокзала Москвы в Зеленоград (станция Крюково). Великая Северная Экспедиция 2010 подходит к концу.
В 10:47 я отдал баллон Ереванычу, ещё минут через 20 был уже дома. И на этом этот поход в Карелию считается завершённым.

2 комментария:

  1. да, хорошо отдохнули, только мне показалось, что очень скучновато :)

    ОтветитьУдалить
  2. Да, есть такое. Хотя, казалось бы, авария с лицом и неприятность на ГЭС (или наоборот? :)) - это ещё какие приключения!

    ОтветитьУдалить

Ублюдочный Гугл поломал форму комментариев. Извините.