воскресенье, 2 февраля 2020 г.

(про Коверзальт) Конец путешествия

Алекс не был уверен, что он лёг спать прямо на грязный пол каюты, потому что проснулся он на своей койке, в одежде, на которой, вероятно, уснул, когда просто лёг полежать. Грудь после удара щупальцем монстра не болела, да и вообще ничего не болело. Синяков и ссадин не было. И Алекс бы подумал, что вообще ничего не произошло, но на обед подавали приготовленное мясо морского чудища, а под подушкой Алекс обнаружил огромный зуб, который ему дали матросы. Он некоторое время размышлял, не является ли это какой-то дурацкой шуткой или розыгрышем, но каким образом обладание таким шикарным трофеем может быть розыгрышем, не мог придумать.

За едой Алекс с опаской посматривал на магов, капитана и Уильяма, но никто не подавал признаков того, что что-то не то произошло. В итоге, побродив по той части корабля, по которой можно было бродить, стараясь не мешаться никому, и полежав на своей койке, Алекс решил, что это будет просто очередной частью всего того приключения. Он без проблем доберётся до Данвегана, отучится там один год, вернётся в Коверзальт и будет работать в лаборатории в Белой Башне. На переднем крае магической науки! Потом в его планах был небольшой пробел, и следующим пунктом был уже рассказ внукам о том, как он сел не на тот корабль и как сражался с морским чудовищем. Не исключено, что к тому времени можно будет эту историю слегка изменить для большего интереса слушателей, например, в несколько раз увеличить размеры монстра, обставить всё так, как будто это не матросы выловили его, чтоб съесть, а наоборот — это монстр напал на корабль, и вся команда спаслась только благодаря ему, Алексу. И в доказательство он будет всем показывать этот огромный клык морского чудища.

В каюту заглянул второй корабельный маг. Этот маг разговаривал с Алексом обычно меньше всех, впрочем, он вообще был малообщительным. Однако, тут он вдруг проявил чудеса общительности и даже заговорил первым, правда, не поздоровавшись:
- Через несколько дней мы уже будем на Зюйдкройце. Рекомендую этот ваш трофей никому там не показывать, и в Данвегане тем более.
- Что? Почему? - Алекс начал думать, что это не просто здоровенный зуб, а какой-то могущественный артефакт и решил сразу, как появится возможность, попросить у Уильяма магометр и проверить М-поле зуба.
- Засмеют и не будут уважать. Это так называемый анальный клык, он расположен у чудища в… в общем, мы не знаем, зачем он этим чудищам там нужен, - сказав это, маг ушёл, а Алекс с некоторым разочарованием рассматривал свой трофей. Матросы всё-таки придумали, как нам ним подшутить. Наверное, М-поле у зуба мерить всё же не стоит.

Оставшиеся несколько дней пути до Зюйдкройца прошли без особых происшествий. Алекс закопал зуб на самое дно своего мешка и решил, что никому не станет его показывать, тем более внукам.

Зюйдкройц показался на горизонте, выглядывая из-под свинцовых туч. Для Алекса это было самое радостное событие за практически всё время пути — наконец-то земля! Но его радость была испорчена тем, что капитан лично запретил ему покидать корабль и ступать на остров. Алекс обиделся и ушёл в свою каюту. Там он сухо попрощался с искрящимся радостью Уильямом, который был настолько рад, что покидает судно, что не заметил некоторой прохладцы в том, как Алекс ему пожелал удачи. Алекс перетащил своё барахло (язык не поворачивается назвать это «постельным бельём» - слово «тюфяк» подошло бы получше) на нижнюю полку, сел и стал смотреть в окно. Смотреть было не на что, капитан как на зло пришвартовал корабль к пирсу так, что каюта смотрела в открытое море, в сторону от острова. Матросы шумели и переругивались при разгрузке и погрузке, чем-то грохотали в трюме. В каюту заглянул Уильям в лабораторной броне:
- Ну всё, я на берег. Не скучай! Может, ещё увидимся, я был не прочь. Не поминай лихом!
- Пока, - ответил Алекс, едва посмотрев на него, и снова уставился в окно на серо-свинцовое небо и такое же, только потемнее, море. Он ожидал, что корабль простоит в порту острова подольше и отплывёт хотя бы завтра, и что можно будет сойти на берег, посмотреть по сторонам и размять ноги — не всё же по палубе ходить взад и вперёд. Однако, буквально через несколько часов, потраченных на разгрузку, погрузку и выяснение отношений между капитаном «Хрена Тролля» и начальником порта из-за спровоцированной одним из матросов драки с рабочим порта, корабль отчалил, вышел в открытое море, и в ветровом пузыре пошёл куда-то дальше, по мнению Алекса, в Данвеган, однако, он не видел ни солнца, ни звёзд из-за облачности, и не знал точно, куда они направляются, а навигационных инструментов, которые бы позволили ему определить направление так, у него с собой не было. У корабельных магов же они были, и «Хрен Тролля» летел стрелой, не тормозя и не сворачивая. Если бы Алекс раньше плавал на других кораблях, он бы подивился быстроходности этого узкого остроносого судна с довольно необычным названием, но такого опыта у него не было, и он считал скорость, которую развивал «Хрен Тролля» в ветровом пузыре, и которой бы позавидовал любой моряк, нечем само собой разумеющимся.

Слыша разговоры матросов, Алекс понял, что их тоже удивила решение капитана не оставаться на ночь, а быстро разгрузиться, загрузиться и отплыть. Удивило, но не расстроило — Зюйдкройц представляет собой пустынный островок посреди холодного моря, поросший лишайником и мелкими кустиками ближе к середине. Скалистый и непригодный на большинстве своей площади для жилья, остров даже не имеет нормальной гавани в бухте — порт устроен с той стороны острова, где почти нет рифов, а на берегу есть более-менее ровное место, на которых можно построить здания порта, и к которому пристроить пирсы. От порта и складов идёт единственная дорога вверх, где стоит замок или, если будет угодно, форт. Там, наверное, безумно холодно зимой, потому что он построен очень высоко, и скалы не защищают его от ветра. Кроме порта и замка, на острове есть ещё пивная, где можно подраться с солдатами или портовыми рабочими. Также там есть озерцо пресной воды, где-то в середине острова. Женщин на острове нет, а если есть, то это жёны офицеров, в общем, простым морякам недоступны. Зачем Ордену Порядка и Равновесия нужен форт в таком месте, куда разве что охотники на морских чудовищ могут приставать два раза в год, неизвестно. Так что простые моряки и не расстраивались.ф

«Хрен Тролля» держал курс на Данвеган, а без общения с Уильямом Алекс заскучал. Он взял в привычку садиться на палубу, кутаться во все тёплые вещи, что у него были (и это середина лета! Что же тут зимой творится-то) и рисовать. Поскольку у него были только графитовые карандаши для заметок и записей, то рисовать можно было только чёрно-белые картины. Рисовать небо и море быстро стало неинтересно, и Алекс переключился на людей. К своему удивлению и восхищению, у него получалось, на его взгляд, неплохо. Когда он показывал свои рисунки капитану и корабельным магом за обедом, они кивали головой, хмыкали, и узнавали изображённых людей (а это для Алекса считалось признанием его таланта). Правда, ему приходилось выпрашивать свой ножик у первого мага, чтоб заточить свои карандаши. Тот неохотно выдавал, и делал пометки в журнале, о том, что «холодное оружие тип нож короткий выдано пассажиру А в количестве шт — 1» и «холодное оружие тип нож короткий принято на хранение у пассажира А в количестве шт — 1». Сначала Алекс веселился, потом злился, а потом просто приходил в бешенство. Матросы, значит, вот с такими тесаками ходят, а мне нельзя? - спрашивал он.
- Членам судовой команды можно, пассажирам нельзя, - ответствовал первый корабельный маг, он же старший помощник капитана, и писал «выдано пассажиру А» нарочито ещё медленнее. Видимо, это было какое-то изощрённое издевательство, или розыгрыш настолько глубокомысленный, что скрытый юмор в нем Алекс не мог найти (в отличие от подарка, сделанного ему матросами — там он юмор понял и оценил).

Ругаться с магом Алекс не решался. Но день за днём становился всё более злым и напряжённым, и маскировал свою бурлящую в глубине ярость и неприязнь к окружающим его людям за тщательно взвешенной напускной ледяной вежливостью. Сколько он так смог бы продержаться, неизвестно, но в один вечер солнце садилось не в море, а в чёрную полоску между морем и небом, пронзая облака, собравшиеся над этой полоской. Суша!

Вмиг все вредность и недовольство Алекса прошли. Он полюбил разом всю команду, корабельных магов, капитана и даже, наверное, корабль. Пребывая в радостном предвкушении того, как он, наконец, этот корабль оставит, он раздал свои рисунки тем, кто на них был изображён, собрал вещи, вытащил свой мешок на палубу, встал к фальшборту и стал ждать. Корабль входил в Данвган уже после захода солнца. Порт и пирсы были ярко освещены странными зелёно-голубыми огнями, которые иногда дёргались и вспыхивали оранжевым. Дальше от порта можно было видеть улицы, освещённые обычным жёлто-оранжевым огнём газа, факелов, горящего в уютных каминах дерева. Сквозь обычную портовую вонь Алекс чувствовал — или ему казалось — запах горящего угля и жарящегося мяса из ресторанчиков. Старший помощник сделал в журнале последнюю запись «выдан пассажиру А» и вернул ножик Алексу. Тот нащупывал в кармане рекомендательное письмо, куда он переложил его из мешка, и надеялся, что бравая команда «Хрена Тролля» не решит над ним подшутить напоследок и не спихнёт его в воду.

«Хрен Тролля» пришвартовался, на пирс бросили трап. Алекс сбежал по трапу следом за капитаном и встал на твёрдую землю. Сделал несколько неуверенных шагов. Пирс как-то необычно не двигался от качки и твёрдо стоял на месте. Алекс обернулся на капитана, поблагодарил его и попрощался. Тот буркнул что-то вроде «счастливо» и переключил своё внимание на подошедшего портового чиновника. Алекс обернулся и пошёл по пирсу на берег, постепенно свыкаясь с мыслью, что он покинул ставшееся привычным и уютным чрево корабля, и оказался один в чужой стране. Он был в Данвегане.

Комментариев нет:

Отправка комментария

Ублюдочный Гугл поломал форму комментариев. Извините.